Пятница, 22.09.2017, 21:55

Еженедельная
спортивная газета
Волгоградской
области

Издается с 25 февраля 1997 г.
Интернет-версия - с 21 июня 2011 г.

«  Январь 2015  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031
Евгений Садовый: Идиоты не становятся олимпийскими чемпионами

На сегодняшний день волгоградская история насчитывает 16 олимпийских чемпионов. Кто-то ковал командное «золото», кто-то соревновался в индивидуальных видах, некоторые были на главных Играх планеты лишь раз, а кто-то выдержал четыре цикла. Все чемпионы уникальны, но достижение пловца Евгения Садового пока остается непревзойденным – он единственный из волгоградцев, кто завоевал три награды высшей пробы на одной Олимпиаде. А мог и четыре, и пять... Но об этом в рассказе нашего героя.

Как сказал Садовый, история о том, как самый маленький человек в заплыве умудрялся побеждать спортсменов с гораздо лучшими антропометрическими данными, это тема для диссертации, а они на двух листках не пишутся. Но мы постарались вместить в статью все самое интересное из чемпионской карьеры нынешнего вице-президента Волгоградской областной федерации плавания, начав беседу с Евгением Викторовичем с истоков его занятий плаванием.

Евгений Садовый - трехкратный чемпион Барселоны-1992

– Жизнь на Волге предопределяет умение хорошо и быстро плавать?

– В моем случае занятия плаванием начались по инициативе бабушки. После Московской Олимпиады она загорелась идеей привести меня в бассейн. Очень уж ей понравилось, как выглядели пловцы: красивые, опрятные, причесанные, да и в хороших условиях выступают, в чистоте. Когда показывали бассейн «Олимпийский» – такое монументальное сооружение, было ощущение, что оно в небо уходит. А когда там выступал Владимир Сальников, трибуны всегда были заполнены под завязку. Он был кумиром всей страны. И если в других заплывах существовала какая-то интрига, то там, где соревновался Сальников, люди были уверены, что он победит. Вера в него была огромная.

– В вас так на Олимпийских играх в Барселоне не верили?

– Тренеры сборной меня туда и брать не хотели, но Виктор Авдиенко был во мне уверен. Все что обещал Виктор Борисович, сбылось. Однажды он сказал: будешь работать так вот и так, станешь олимпийским чемпионом. Как видите, стал.

– Как началось сотрудничество с Авдиенко?

– Случилось это, когда я учился в училище олимпийского резерва. Со мной тогда не знали, что делать...

– Это почему же?

– Был 1987 год. У меня еще первого разряда не было. В училище тогда давали неплохую экипировку: шерстяные костюмы, куртки, кроссовки адидасовские. И вот тренер пообещал: кто на зональных соревнованиях выполнит норматив КМС, тот получит полную экипировку, кому до кандидата немного не хватит, тому достанутся лишь костюм или кроссовки. Я проплыл по нормативу КМС. Приехал в Волгоград в предвкушении обновок, а мне выдали только костюм. Обида была недетская. Получился с тренером конфликт, я перестал ему верить. К счастью, возник вариант потренироваться на базе «Озеро Круглое», где Авдиенко готовил экспериментальную юношескую сборную. С тех пор мы работаем вместе.

– А кто был вашим первым тренером?

– Если честно, его имени как раз и не помню. Хотя занятия в бассейне на Центральном стадионе Волжского врезались в память хорошо. В специальном зале лежали маты, там мы развивали гибкость, бегали, отжимались, на руках ходили. А в воде зайчиков делали, пузыри пускали, учились задерживать дыхание. Было еще одно упражнение: тренер бросал в воду бильярдный шар – и кто быстрее его найдет. Поначалу выигрывал сын тренера... потому что у него очки были. А когда мне купили очки, то я пальму первенства уже не отдавал. Другие дети обижались, но что тут поделаешь? В каждом обществе существуют лидеры, тем более среди детей. Когда сам начал тренировать, то часто наблюдал такие ситуации. Лидеров мы называем моторными детьми, упражнение с шаром помогает быстро их выявить.

Евгений Садовый увлеченно работает с детьми

– Это самый яркий эпизод из спортивного детства?

– Была еще поездка в спортивно-оздоровительный лагерь в Средне-Ахтубинскую пойму, назывался он «Ручеек». А по соседству был пионерский лагерь «Огонек». Там дети курили, волосы серебрянкой красили.

– Никогда не хотелось в «Огонек» перебежать?

– Нет. У нас интереснее программа была. Мы ходили в походы, ловили рыбу, участвовали в соревнованиях. Мне очень понравилось. Но через некоторое время занятия плаванием оказались под угрозой.

Из-за чего?

– Стал часто болеть. Мама второй раз вышла замуж, и мы переехали в Волгоград. Квартира была за академией МВД. Это сейчас там все позастроили, а тогда там был здоровенный пустырь, до остановки троллейбуса надо было шагать километра два. Летом еще ничего, а зимой! Не зря район Семь ветров прозвали. В итоге начал часто болеть, пропускать занятия. В то время я тренировался у Александра Иванова. Это наставник, которому очень нравится заниматься с детьми. Доведя учеников до определенного уровня, он с легкостью с ними расстается и делает новый набор. Но так как я постоянно болел, то меня было сложно пристроить. И все же в моей семье не сдавались. Мама решила во что бы то ни стало определить меня в Волгоградское училище олимпийского резерва. И это у нее получилось. Хотя, когда пришли документы подавать, врач, увидев мою медкарту, за голову схватился. В результате разорвал ее, написал новую, и я поступил в училище. Что интересно, с того времени перестал болеть.

– Неужели болячки так легко отступили?

– Простудные – да. Но стали преследовать травмы. Как-то решил на скейтборде прокатиться, а он неисправен был. Поехал с крутой горки и упал. Колено разнесло моментально. Врачи посмотрели, сказали, что надорван мениск, но так как еще держится, то операцию делать не будут. Произошло это перед отборочными соревнованиями. Неделю не тренировался, а потом кое-как проплыл. В итоге одной десятой не хватило для выполнения норматива, чтобы перейти в следующий класс. Приехала московская комиссия, посмотрела мою статистику и вынесла вердикт: такой спортсмен не нужен, надо его отчислять. Здесь свое слово сказал Авдиенко, который входил в тренерский совет: давайте посмотрим еще полгодика, а потом примем решение.

– Думаю, Виктор Борисович о словах своих потом не пожалел.

– После того как мы стали работать вместе, на итоговых соревнованиях года я выиграл две золотые и две серебряные награды, проплыв на уровне мастера спорта. Затем Виктор Борисович сказал: если будешь заниматься по определенной методике, то на следующих соревнованиях завоюешь пять первых мест. Я завоевал. Мы быстро нашли с Авдиенко общий язык. У меня появилась вера в него, так как слова тренера не расходились с делом. Когда Виктор Борисович формировал группу, он очень долго беседовал с каждым пловцом, объяснял, рассказывал, старался заинтересовать. У него всегда был такой подход в отличие от многих тренеров, за которыми я наблюдал.

– Сразу стали специализироваться на вольном стиле?

– У Иванова я и брассом плавал, и комплексным, и на спине. С Авдиенко стали работать над кролем.

– Когда пришли международные успехи?

– Побеждал в матчевых встречах СССР–ГДР, а в 1990 году завоевал три золотые медали на юношеском первенстве Европы. И это при том, что вся подготовка была скомкана. Виктор Борисович решил разнообразить тренировки и предложил сыграть в футбол. В матче я вывернул голеностоп – хруст на всю площадку стоял. В итоге поехал на сборы в Москву с забинтованной ногой, меня в поезд ребята на руках заносили. Через некоторое время стал ходить на костылях. Тренеры особо не трогали, но заставляли каждый день влезать в воду. Нога, естественно, «высохла», остались кожа до кости. Когда не трогал ее, не болела. Но когда решил проплыть, кровь разогналась и начались адские боли. Потом плавал на одних руках, а через некоторое время стал ногой толкаться. В общем, готовился кое-как. Но на европейском первенстве мы победили в двух эстафетах, а в индивидуальном заплыве на двести метров я лишь касание проиграл финну. Зато на четырехсотметровке его «раскатал».

– Судя по рассказу, другие виды спорта кроме плавания вам противопоказаны.

– Ну почему же? На скейтборде я в итоге неплохо катался. От стенки толкался и ездил на нем до туалета на одной ноге, потому что ходить трудно было. По прямой поверхности мог всю набережную проехать.

– Вернемся к первенству Европы. Тяжело представить, как человек, который пропустил часть подготовительного процесса, все-таки смог подняться на пьедестал.

– А потому что цель была. И работа велась планомерно. Так что небольшой сбой не сломал всю подготовку. Раньше меня как тренировали? Есть настроение – паши, нет – гуляй. А Виктор Борисович распределял нагрузку планомерно, все просчитывал, расписывал занятия надолго вперед. Это и привело к итоговому результату. Я когда в его группе стал заниматься, поначалу не справлялся с объемами заданий, но присматривался к конкурентам: как они двигаются, за счет чего обыгрывают... Вел постоянный анализ, старался. В итоге вырос в лидера группы, стал первым по всем показателям.

– А кто еще добился успеха из того набора?

– Денис Панкратов. Но к нему успех пришел на Олимпиаде в Атланте. Думаю, он мог и в Барселоне победить, но не верил в это.

– Как прошел ваш переход из юношеского плавания во взрослое? На этом этапе много спортсменов теряется...

– После победы на европейском первенстве я выступал на этапах Кубка мира и неплохо зарекомендовал себя: побеждал двух именитых немцев. Один был олимпийским чемпионом, другой чемпионом и рекордсменом мира. Они специализировались на дистанциях 800 и 1500 м, а я на 200 и 400 м. Но побеждал именно на восемьсотметровке. Хотя не обходилось без курьезов. Как-то я просчитался. Финишировал первым, стою у бортика, а остальные-то плывут... Мне кричат: плыви. Я опять стартанул, опять финишировал, а другие все еще гребут. Пришлось еще раз совершать финишный рывок. Догнал всех, но уступил чемпиону касание. В бассейне гробовая тишина была, а Виктора Борисовича на бортике чуть удар не хватил. Мне потом специальный приз вручили: набор посуды. Ну а на дебютном взрослом чемпионате Европы в 1991 году я завоевал две золотые медали, одну из них в эстафете 4х200 м. Плыл заключительный этап, конкурировать пришлось с итальянцами. Ребята создали отрыв в полкорпуса, и я нырнул. Плыву спокойно, а итальянец надрывается, пытается нагнать. Его бы предупредили, что у меня есть особенность: обе половины дистанции прохожу одинаково. Но соперник об этом не знал, настиг меня и выдохся, еле второе место удержал. Президент итальянской федерации плавания потом сказал: Садовый очень хитрый человек, опасный, чуть нашу команду на третье место не опустил. Напоследок я победил в личном заплыве на 400 метров, и после этого на меня обратили внимание.

– Мировые специалисты?

– Нет, старшие тренеры национальной сборной. Тогда эти посты занимали либо питерские, либо московские наставники, надменные такие люди. Авдиенко руководил экспериментальной командой. Для него успех на чемпионате Европы неожиданностью не стал, а других удивил.

– То есть группа Авдиенко работала по индивидуальному плану?

– Виктор Борисович не хотел подстраиваться под общие шаблоны, заявлял: так работать не буду, у меня свое видение, хочу что-то новое сделать. За это на него писали докладные, говорили, что он человек неуправляемый. Но когда Авдиенко вызывали на ковер большие начальники, он всегда находил аргументы доказать свою правоту. А ведь его не раз хотели от работы отстранить, учеников забрать.

– Можно сказать, что Олимпиада-92 наглядно подтвердила правоту тренера. Ученики Авдиенко завоевали в Барселоне шесть медалей. Вы – три золотых, Владимир Сельков – две серебряные, Ольга Кириченко – бронзовую...

– К Виктору Борисовичу тогда подходил чиновник, сохранивший за ним место тренера, благодарил. Мы оправдали его доверие.

– Могло показаться, что олимпийские награды вам дались очень просто. Так ли это?

– Сам турнир действительно прошел довольно легко, но подготовка... В предолимпийский год я перенес две операции. Вторую – в конце декабря 1991-го. Нашли камень в мочевом пузыре, дробить было невозможно. Делали операцию, но так, чтобы мышцы пресса не были разрезаны, их раздвигали. Это позволило уже через десять дней влезть в воду. Наверное, в тот момент в меня никто не верил, думали, что Садовому на Олимпиаде делать нечего. Даже в глазах Авдиенко видел сомнение, но он ни разу об этом мне не сказал. А потом на сборе в Тырныаузе за 21 день до отбора на Игры я серьезно заболел. И заразил всех сильнейших спортсменов. Авдиенко тут же нанял автобус и повез нас домой. Помню, ехали мы с Панкратовым лежа под капельницами. В Волгограде оклемались немного и отправились на сборы на «Озеро Круглое». Там я опять простудился. У тренеров паника, отселили меня от всех подальше. Авдиенко в шоке, думал, пошла работа коту под хвост. Однако на этот раз я быстро выздоровел и готовился дальше под строгим наблюдением врача. К отборочному чемпионату страны кое-какую форму набрал. Главная конкуренция за место в сборной у нас была с Владимиром Пышненко. Утром в предварительном заплыве он установил рекорд страны, а вечером я его обогнал, но без рекорда. Начались подводные течения: кто-то говорил, надо Пышненко брать, он сильнее. Сильнее? Ну так надо было выигрывать. Хочу заметить, что на том чемпионате многие ребята показали лучшие результаты в карьере. Проплыви они так же на Олимпиаде, были бы первыми. Но никто, кроме меня, Александра Попова и Елены Рудковской, не стал чемпионом в Барселоне.

– Какие отношения у вас с Поповым? По олимпийским титулам только он из российских пловцов вас превзошел.

– Дружбы между нами никогда не было. И вклад его в российское плавание оцениваю двояко. В свое время он вместе с Геннадием Турецким уехал в Австралию и позволил на собственном примере учиться местным спортсменам. Новой же плеяде российских пловцов не у кого было учиться. А ведь в эстафете он с ними выступал. Пригласил бы ребят на стажировку в Австралию, перелет федерация как-нибудь оплатила бы. Потренировались бы вместе, глядишь, выиграл бы на финише карьеры Попов и пятую золотую медаль.

Александр Попов и Евгений Садовый -
самые титулованные пловцы России

– Вы отправлялись в Барселону под белым флагом несуществующего государства, это сказывалось на настроении?

– Наверное, да. Раньше я выходил на соревнования под гимн СССР, в костюме со знакомым с детства гербом. А в этот раз перед поездкой в команде был сумбур, выдали экипировку без каких-либо опознавательных знаков. В то же время могу отметить, что в Барселоне сборная СНГ выступила очень здорово. Все были на подъеме: верили, что настанет новая, лучшая жизнь. А как же? Теперь можно было заниматься бизнесом, за что раньше в тюрьму сажали. Некоторые тренеры из Барселоны, где в Олимпийской деревне было все бесплатно, понатащили всякой ерунды: пакетики чая, кофе, шоколадки. Потом торговали. Специально для этого в столовую по восемь раз на дню ходили. А некоторые домофоны, камеры из номеров выкручивали. Вообще, деревня в Барселоне была хорошая. Все для спортсменов. В боулинг ходили, на автоматах играли, все бесплатно.

– Расскажите подробнее о самих соревнованиях.

– Удивительные вещи начались уже в предварительных стартах. Двухсотметровку плыл так легко, как будто купался. Гребу и думаю: вот дурачок, сейчас в финал не попаду, однако финишировал первым. Слышу, трибуны шумят, смотрю на табло – мне пять сотых не хватает до рекорда мира. Думаю, вот это да, а если поднапрячься? Золотая медаль в кармане. Целый день ходил с этой мыслью. В деревне места себе не находил, пытался поспать – не получилось. На вечерний финал приехал замотанный. К счастью для меня, тогда правила допускали фальстарт. И я специально прыгнул раньше всех. В воде расслабился, успокоился. Влез на тумбу уже готовый к борьбе. Основное соперничество развернулось со шведом Андерсом Холмерцем, он сразу вырвался вперед корпуса на полтора, и пришлось напрячься, чтобы вырвать у него на финише касание. Закончил дистанцию с олимпийским рекордом, до мирового не хватило чуть-чуть.

– Но мировой рекорд, даже два, вы все-таки в Барселоне установили.

– Да, первый в составе эстафеты 4х200 м. Ребята хорошо прошли квалификацию, но перед финалом стали нервничать, хотя все в команде были старше и опытнее меня. Основными конкурентами были шведы. Я должен был замыкать эстафету и перед выступлением партнеров попросил: главное, без фальстартов и не проиграйте больше, чем полкорпуса, тогда мы чемпионы. В итоге ребята прошли дистанцию даже лучше – касание в касание. Я прыгнул и сразу привез шведу полкорпуса. А на финише наш отрыв был корпуса три-четыре, результат на тот момент показали феноменальный – 7.11,95. И это при том, что мы в плавках выступали, а соперники, те же американцы, которые нам метров 25 проиграли, плыли в бесшовных гидрокостюмах. После победы все ребята пошли отмечать, а мне надо было готовиться к 400-метровке.

– Там соперничество развернулось с Киреном Перкинсом…

– Австралиец был на тот момент чемпионом мира, в предолимпийский год установил четыре мировых рекорда. Было понятно, что без драки он сдаваться не будет. Но и у меня был коварный план. Перкинс плыл по четвертой дорожке, а я по пятой. Я был в курсе, что австралиец дышит под ту же руку, что и я, под правую, а значит, на повороте будет момент, когда он выпустит меня из виду. И вот плывем, уступаю ему голову, а на повороте, когда он делает вдох, я ускоряюсь и выплываю уже впереди. Потом спокойно держу дистанцию и финиширую первым. На трибунах тишина... Еще перед стартом меня раззадорило, что зрители овацией встречали Перкинса и не удосужились похлопать, когда назвали мою фамилию, хотя я на тот момент был уже двукратным олимпийским чемпионом. Поэтому, когда выиграл третье «золото», решил «повыпендриваться». Приложил руку к уху и показал на табло, а там новый рекорд мира. Потихоньку на трибунах стали аплодировать, потом все громче.

– Почему не участвовали в эстафете 4х100 м?

– На чемпионате страны я прошел отбор в эстафету, показав пятый результат. В команду берут обычно шесть человек. Двое лучших в квалификации отдыхают, участвуют сразу в финале. Еще двоих на финал отбирают по результату предварительных стартов. Я мог выступить и в утреннем заплыве, мог и в вечернем, но тренеры сборной решили не заявлять меня на дистанцию. В итоге наша эстафета была второй, выиграла команда США. Американцы потом благодарили: «Спасибо, что Садового не поставили». Мог я выступить и на дистанции 1500 метров, был тогда в потрясающей форме, но тренеры рассудили иначе. Получается, ради собственных амбиций они лишили страну еще двух возможных медалей.

– Вы поехали на Олимпийские игры, когда вам не было еще и двадцати. Но продемонстрировали поразительное хладнокровие, продуманную тактику и грамотный анализ соперников...

– Идиоты не становятся олимпийскими чемпионами. В свое время так меня любили преподносить. Но опять же это делалось с подачи тех людей, которые в меня не верили или не хотели верить.

– Как дома чествовали трехкратного олимпийского чемпиона?

– Встречали руководители облспорткомитета. Усадили в «чайку», привезли домой, где поджидали мама и бабушка. За тройную победу на Олимпиаде я получил девять тысяч долларов, был по тем временам миллионером.

– Почему не удалось продолжить столь славную карьеру?

– Два сезона подряд – 1992/93 и 1993/94 – я становился абсолютным победителем Кубка мира, плюс завоевали три медали на чемпионате Европы-93. Получается, меньше чем за три года я одержал 27 побед, это без учета эстафет. Честно говоря, не знаю еще спортсменов, которые могут похвастать тем же. Это и сгубило. Организм не выдержал. Российская федерация плавания обязала меня выступать на девяти этапах Кубка мира, везде на победу. Это очень тяжело. Попов прилетел на два-три этапа, проделал нужный ему объем работы и улетел. А я выкладывался по полной. И деньги за это не платили, в основном подарки давали, в редких случаях конвертик с 300 долларами. Некоторое время еще пробовал выступать, но сердце стало давать сбои. Решил не рисковать и в 21 год завершил карьеру.

– Обидно, что не удалось выступить на Олимпиаде-96?

– Да. Тем более, что в Атланте побеждали со смешными результатами, почти на секунду хуже, чем я плыл.

На этом рассказ Евгения Садового завершим. Хотя нашему земляку еще есть о чем поведать. И о том, как он работал тренером в Ливии, и как учредил соревнования для детей, о том, как они вместе с женой трудятся в плавательном клубе «Волга», продолжая дело, начатое Виктором Авдиенко, и о многом другом. Однако, как говорится, это уже совсем другая история. И ее мы расскажем в следующий раз.

Юлия Добижи

В материале использованы фото из личного архива пловца.

Наша справка

Евгений Садовый.

Родился 19.01.1973 в Волжском. Заслуженный мастер спорта.

Двукратный победитель чемпионата Европы-1991 (400 м в/с, 4х200 в/с). Трехкратный чемпион Олимпийских игр-1992 на дистанциях вольным стилем 200 м – 1.46,70 (ОР), 400 м – 3.45,00 (РМ) и 4х200 м – 7.11,95 (РМ). Двукратный победитель чемпионата Европы-1993 (4х100 м, 4х200 м в/с), серебряный призер (200 м в/с). Абсолютный победитель Кубка мира сезонов 1992/1993 и 1993/1994 гг.

В 1992 году Международной федерацией плавания (FINA) был признан лучшим пловцом мира, а Олимпийским комитетом России – лучшим спортсменом страны. Кавалер ордена Почета. В 1999 году включен в Зал славы плавания (Майами, США). В 2003 году награжден почетным знаком города-героя Волгограда «За верность Отечеству». Почетный гражданин Волгоградской области.

 

Категория: Персоны | | Теги: Евгений Садовый

  • Волгоградская областная федерация кикбоксинга

  • Гандбольный клуб Динамо

  • Гандбольный клуб Каустик

  • Футбольный клуб Цемент
  • Copyright MyCorp © 2017
    Бесплатный конструктор сайтов - uCoz